Украина.ру в соцсетях:
YouTube - https://www.youtube.com/c/Украина-РУ-...
Facebook — https://www.facebook.com/ukraina.ru
Twitter — https://twitter.com/ukraina_ru
Telegram — https://t.me/ukraina_ru
Instagram — https://www.instagram.com/ukrainaru/
ВКонтакте — https://vk.com/ukraina_ru_official
Одноклассники — https://ok.ru/ukrainaru

Наш сайт: https://ukraina.ru

О правилах, по которым должна вестись война, и об ответственности за военные преступления, DW поговорила с экспертом по международному гуманитарному праву Варварой Пахоменко.

Нападение России на Украину стало грубейшим нарушением международного права. В частности, агрессию осудила Генеральная ассамблея ООН. Нарушает Россия и Женевские конвенции ведения войны. Об этом говорят независимые эксперты. Территория страны подвергается ракетным обстрелам, снаряды попадают в школы, больницы, церкви, используются кассетные боеприпасы, относящиеся к запрещенным видам оружия. О правилах ведения войны и о том, как привлечь к ответственности тех, кто их нарушает, DW беседовала с Варварой Пахоменко — экспертом по международному гуманитарному праву. В 2016-2017 годах она работала в офисе ООН в Украине, а затем возглавляла в этой стране миссию международной гуманитарной организации Geneva Call.

Deutsche Welle: В Женевских конвенциях, регулирующих методы ведения войны, четко сказано, что позволено воюющим сторонам, а что нет. Война России против Украины ведется по этим правилам?

Варвара Пахоменко: Основной принцип права войны — это поиск баланса между военной необходимостью и гуманностью. Главное правило международного гуманитарного права: военных на войне можно атаковать и убивать, гражданских — не просто нельзя убивать, но нужно еще насколько возможно защищать. Если есть сомнение в том, по кому стреляешь — военному или гражданскому — нужно отказаться от атаки. Если атака на солдат противника приведет к значительным гражданским жертвам, от плана такой атаки нужно отказаться.

В войне также можно применять далеко не любое оружие. Еще одно главное правило: нельзя применять оружие неизбирательного действия там, где могут оказаться мирные люди. А именно это сейчас происходит в Киеве, в Харькове, в других крупных городах.

Неизбирательное оружие — это оружие, которое невозможно направить на конкретную цель. "Грады" и "Смерчи", которые применяют российские войска — это оружие неизбирательного действия, когда вся кассета снарядов разлетается на очень большое расстояние.

Использовать такое оружие в населенных пунктах — очень грубое нарушение. И если в первые двое суток Россия заявляла, что она атакует только военные объекты, и, действительно, наносила довольно точечные удары, то после этого ни о каком точечном обстреле говорить уже не приходится. Снаряды артиллерии и авиации попадают по жилым массивам, по школам, больницам, церквям. При этом школы, больницы и культовые учреждения отдельно защищены международным гуманитарным правом.

DW: Украине уже несколько дней подряд не удается договориться с Россией о гуманитарных коридорах для целого ряда украинских городов. Есть ли у воюющих сторон какие-то обязательства по обеспечению прав мирного населения и предоставлению гуманитарных коридоров?

- Гуманитарная помощь населению и обеспечение его нужд — это одна из основных обязанностей воюющих сторон. Люди должны иметь возможность удовлетворять свои базовые потребности: в еде, воде, крыше над головой, экстренном лечении. Украинские власти делают все возможное для того, чтобы поддержать людей в тех населенных пунктах и городах, которые они контролируют, это обязательство воюющей стороны.

Мы видим жутчайшую ситуацию в населенных пунктах, окруженных российской армией. Прежде всего, в Мариуполе, где уже много дней нет электричества, нет отопления, нет воды, заканчиваются продукты. Международный комитет Красного креста говорит, что помощь срочно необходима как минимум 200 тыс. человек. Уже который день проваливаются договоренности о гуманитарных коридорах для выхода жителей из Мариуполя или хотя бы для доставки туда продуктов питания и базовых медикаментов.

Воюющие стороны должны делать все возможное, чтобы люди могли выехать из зоны военных действий, если они этого хотят, туда, где безопасно. Стороны не могут сказать, что предоставят пропуск только в свою страну — так, как это сделала Россия, заявившая, что готова открыть гуманитарные коридоры только в РФ или в Беларусь. У людей должен быть выбор.

Остановить огонь и обеспечить гуманитарные коридоры воюющие стороны обязаны не только для подвоза еды и медикаментов, но и для восстановления базовой гражданской инфраструктуры. Сейчас во многих городах люди при минусовой температуре сидят в холодных подвалах без электричества, без отопления. Это будет иметь катастрофические последствия для их здоровья. Украинские власти и ООН подсчитывают число погибших в результате обстрелов. А сколько людей умрет от неоказания медицинской помощи? Сколько умрет от пневмонии, от сердечных приступов, от того, что они не получают инсулин? Это же еще огромное количество жертв!

- Все чаще появляются данные об использовании российской армией кассетных боеприпасов, относящихся к запрещенным видам оружия. В чем их опасность?

- Фотографии снарядов с мест обстрелов, сделанные местными жителями, доказывают, что действительно были использованы кассетные боеприпасы. Это подтверждают и международные правозащитные организации. Это оружие неизбирательного действия. Его опасность в том, что, во-первых, боеприпасы взрываются в воздухе и поражают значительно больше объектов на земле, а во-вторых, не все кассеты снарядов разрываются, они остаются лежать на земле, и территория оказывается заминирована. К тому же они часто очень яркие и привлекают внимание детей, которые поднимают их и на них подрываются.

После окончания войны для разминирования территорий необходимы еще десятки лет. Это значит, что там невозможно будет заниматься сельским хозяйством. Можете представить себе, что это означает для Украины — одного из основных мировых поставщиков зерна, кукурузы, подсолнечного масла.

Разминирование — очень медленный процесс и стоит огромных денег. Сапер может потратить день на то, чтобы разминировать квадратный метр в том месте, где велись особо активные бои. Кое-где на Балканах до сих пор остаются заминированные участки, как и в Чечне, и в Ингушетии. За восемь лет войны в Донбассе Украина стала самой заминированной территорией в мире. А сейчас представьте, что происходит по всей стране.

- Как — в соответствии с Женевскими конвенциями — воюющие стороны должны обращаться с пленными на войне?

- Международное гуманитарное право говорит, что пленные находятся под защитой. После того, как военный сдался в плен, его нельзя убивать, над ним нельзя издеваться, его нельзя пытать, его нужно держать в безопасных условиях, кормить, лечить и собрать всю информацию о нем: имя, год рождения, звание, номер воинской части. Эта информация должна быть передана либо противоположной стороне, либо родственникам, чтобы человек не считался пропавшим без вести. И потом при возможности пленных нужно либо обменять, либо освободить.

Очень важно, что украинские власти централизованно содержат пленных и собирают о них информацию. Минобороны страны распространяет информацию среди гражданских лиц о том, куда нужно обратиться в случае захвата в плен российских военных, как их передать, чтобы не возникла ситуация, когда они будут сидеть у кого-то в подвалах. Для солдат важно знать, что если они попадут в плен, это не станет для них концом света. Тогда они не будут этого бояться, а может быть, наоборот, будут сдаваться, что может приблизить окончание боевых действий.

- А что должно происходить с телами убитых?

- Один из базовых принципов международного гуманитарного права состоит в том, что нужно уважать погибших. Тела необходимо собирать, а если нет возможности забрать их немедленно, то хотя бы зафиксировать, где находится тело, сделать фотографию, пометить место на карте. Если не получается доставить тела на родину и негде их содержать, их необходимо захоронить и помечать, где именно, чтобы потом эксгумировать и передать родным.

Сейчас уже две недели, как нет перемирия. А это значит, что собирать тела очень сложно или вообще невозможно. Две недели погибшие — очевидно, что это уже тысячи человек, — лежат по дорогам, по огородам, по лесам, их гложут собаки, тела разлагаются. Это нарушает нормы гуманитарного права и имеет колоссальные долгосрочные последствия.

Чем дольше лежат тела, тем сложнее будет их идентифицировать. А это значит, что будут тысячи пропавших без вести. И единственным вариантом их опознать станет сбор данных ДНК — как погибших, так и их родных, которые живут в другой стране. Это все превратится в логистический кошмар на годы. Родные будут мучаться незнанием. Поэтому сейчас крайне необходимо гуманитарное перемирие, в том числе для того, чтобы собрать тела.

- Что ждет страну, ведущую войну с нарушениями международного гуманитарного права?

- Ответственность за военные преступления индивидуальная. Их совершают конкретные люди. В первую очередь ответственность лежит на тех, кто отдает преступные приказы: главнокомандующий и командиры несут больше ответственности, чем исполнители. Особенность военных преступлений состоит в том, что они экстерриториальны. Законодательства большинства стран позволяют судить на их территории человека, совершившего военное преступление даже на другом конце света, даже не против их собственных граждан.

Еще один способ привлечения к ответственности — это международные суды. Один из них — Международный уголовный суд в Гааге. И сейчас прокурор Международного уголовного суда открыл расследование по войне в Украине.

Проблема с международными судами состоит в том, как заставить страну и людей, совершавших преступления, с этим судом сотрудничать. Надеяться на то, что страна самостоятельно выдаст своих преступников, очень сложно. Но у военных преступлений нет срока давности. После Второй мировой войны людей и через 70 лет судили за преступления. Поэтому уже сейчас нужно фиксировать и документировать эти преступления и нарушения.