Сила охлаждённой воды Первое, что Шаубергер понял, это то, что вода не любит солнечного света. Так, в лесу уже давно существовал
источник, над которым стояла хижина из камня. Позже она обрушилась, и
источник лежал под солнечными лучами открытым и незащищённым. Вскоре он
внезапно иссяк, и никто не знал почему. Но когда над ним вновь построили
каменную хижину, вода вернулась. Ещё от древних римлян было известно,
что они всегда закрывали свои источники каменными плитами с небольшой
круглой насадкой для воды, в которую вставляли отводную трубу, но так,
чтобы в неё не попадал воздух.
Вода любит тень. Поэтому все родники прячутся в густом лесу или глубоких расселинах скал. Бросающие на воду тень деревья и кустарники по берегам защищают естественно текущие реки и ручьи.
Кроме того, Шаубергер наблюдал, что поднимающаяся высокая вода паводка во время оттепели (вода нагревается) создает
отмели из донных наносов, которые часто в холодные ясные ночи (вода
охлаждается) смываются сами собой. Отсюда он сделал вывод, что подъёмная сила и сила подсоса воды достигают максимума, когда
температура воды низкая, а её течение свободное.
Впервые он доказал это зимой 1918 г., г. Линц испытывал тогда из-за войны большой
дефицит в дровах. В горах, на Прильгебирге, было повалено много леса, но
не хватало вьючных животных и достаточного количества больших ручьёв,
по которым можно было бы сплавить лес. И тогда никому неизвестный
лесничий Шаубергер вызвался спустить лес в долину и выбрал для этого
маленький горный ручей, полный подводных камней, о котором все эксперты
единодушно сказали, что сплав леса по нему невозможен. Именно тогда
впервые Виктор Шаубергер подвергся критике: взгляды его, мол,
неправильны, а наглость неслыханна. Шаубергеру не раз пришлось
вразумлять своих критиков.
Он дождался раннего утра, в это время вода самая холодная, и безошибочно, в нужный момент, залил лес водой. За
одну ночь весь сплавной лес, 16 тыс. фестметров, был спущен в долину.
Позже Шаубергер станет известен своими замечательными сплавными
устройствами.
О "парящих" в воде камнях Следующим феноменом, необычайно завораживающим Виктора Шаубергера, были форель и
лосось в горных ручьях. Каким образом форели удавалось неподвижно
замирать в самых бурных потоках? Как она молниеносно уходит против
течения вместо того, чтобы быть унесённой водой, да ещё вверх, к
поверхности, а не в спасительную глубину? Не связана ли такая
способность форели с температурой воды? Задумано – сделано: Шаубергер
подогрел около 100л воды и вылил её выше по ручью от того места, где
водилась форель. Такое количество воды не могло заметно нагреть воду в
ручье, но всё же... Через некоторое время форель стала проявлять
беспокойство, чаще бить плавниками. Она с трудом удерживалась на своём
месте, а вскоре была смыта течением вниз.
Опыт безвзрывного разрушения, проведённый сыном Виктора Шаубергера Вальтером. Видно, как
вода образует гиперболический вихрь, точно соответствующий закону звука
(1/ n х п=1). Речь идёт о так называемой "звучащей башне".
Виктор Шаубергер спрашивал себя, как форели удается преодолевать подводные
препятствия и водопады? Почему она выпрыгивает тем выше, чем более бурно
и стремительно вода падает вниз? Он наблюдал, как форель без движения
высоко парит в падающей струе и вдруг с силой бросается сверху в водный
поток, просто так. Ответ Шаубергер получил только через десятки лет
интенсивных наблюдений за водой. Сегодня нам известно, что любая сила,
материальная или нематериальная, создаёт равную по силе
противодействующую силу. Точно так же, как торнадо выносит завихрением
воздушные массы наружу, чтобы втянуть их затем в себя, так и естественно
текущая (завихрённая) вода производит энергию, направленную навстречу
движению воды. Этот энергетический поток, который можно видеть в
водопаде как яркий световой канал внутри водной струи, и использует
форель. Она втягивается потоком, как в середину водяного смерча.
Шаубергер сделал ещё одно невероятное открытие: лунной холодной зимней ночью он увидел, как в одном водоёме, образованном
горным ручьём, камни, величиной с голову, поднимались с грунта и, кружа,
как форель перед большим "прыжком", поднимались на поверхность воды,
покачиваясь на ней! Тяжёлые камни! Шаубергер не верил своим глазам. Какая сила поднимала их? Это была та же дремлющая в воде сила левитации,
позволяющая форели "прыгать".
Правда, левитируют не все камни. Лишь отшлифованные яйцеобразные камни,
казалось, танцевали на воде без каких-либо усилий, угловатые же
неподвижно лежали на дне.
Графический продольный разрез участка русла реки, на котором видно, как с помощью простой яйцеобразной
конструкции можно завихрить водные массы и смешать холодную грунтовую
воду с тёплой водой поверхности, задав водам реки правильную
температуру.
Почему? Потому что яйцеобразная форма – дитя вихря. С точки зрения геометрии, она образуется в недрах гиперболического вихря,
а т.к. вода тоже завихряется, яйцеобразная форма особенно легко
реагирует на это движение, и камни могут преодолеть силу притяжения.
Это можно проверить самому: берётся круглый тонкий высокий сосуд,
наполняется водой, и в него кладётся яйцо. Как только вы начнёте слегка
завихрять воду (например, карандашом), то можно видеть, как яйцо
медленно отрывается от дна и парит высоко на поверхности до тех пор,
пока сохраняется вихрь.
Чудеса техники, скопированные у природы Так как у князя Адольфа фон Шаумбург-Липпе были финансовые проблемы, он
решил большую часть леса на участке Шаубергера превратить в деньги, но
транспортировка из отдалённой области съедала большую часть выручки.
Экспертами был сделан ряд предложений, но ни одно из них не подошло.
Когда князь обратился к своему лесничему, тот пообещал снизить
транспортные расходы с 12 шиллингов за один фестметр до одного шиллинга.
Прежде всего Шаубергер построил сплавное устройство своей конструкции на
собственные деньги. Сплавной лоток растянулся на 50км. Он не двигался в
долину наикратчайшим путем, а, извиваясь, уходил вперёд. Такого еще не
видел никто. Время от времени Шаубергер сливал воду из лотка и подводил
свежую из горных ручьёв, потому что стволы, по его словам, хорошо
скользят в холодной воде.
Виктор Шаубергер опирался не только на собственные наблюдения, но и на знания своей семьи, накопленные
несколькими поколениями. Ещё отец учил, что вода под лучами солнца
становится уставшей и ленивой, в то время как ночью и особенно при
лунном свете – свежей и живой. И дед, и отец умело направляли водяные
лесоспуски. Благодаря ритмически меняющимся поворотным направляющим, они
заканчивали их так, что вода местами поднималась в гору.
Решение, которое принял Шаубергер, заключалось в том, чтобы придать воде
правильное движение и температуру. Построенный им деревянный лоток имел
поперечный разрез, подобный тупому концу яйца. Он следовал изгибам
горных долин, "потому что вода сама показывает совершенно естественный
путь, которым хочет течь, с тем, чтобы оптимально удовлетворить свои
требования, потому нам следует руководствоваться её желаниями". Задача
техники не исправлять природу, а строить по готовому образцу.
К тому же Шаубергер настаивал на том, что разница температуры воды даже на
десятые доли градуса имеет большое значение. Это вызвало невообразимый
смех среди гидрологов. Когда же Шаубергер добавил, что даже у человека
изменение температуры тела в две десятых уже показывает, болен он или
нет, его окончательно сочли сумасшедшим.
Ученые, казалось, поначалу были правы: в первый пробный спуск сплавной лес остался лежать,
хотя вода была холодная, а направляющие дугообразные кривые правильно
рассчитаны. Шаубергер был в отчаянии. Но тут ему помогло провидение в
виде змеи, пересекавшей у него на глазах пруд. Как ей удаётся без
плавников так стремительно двигаться по воде? При наблюдении за
движениями змеи, в голову пришла мысль. Шаубергер поспешил назад, чтобы к
дугообразным кривым желоба прибить подобие направляющих рельсов,
которые должны были придать воде движение, похожее на змеиные.
Успех был ошеломляющим. Огромные бревна, тяжелее воды, бурно уходили,
извиваясь, в долину. Восхищённый князь сделал Шаубергера главным
управителем всех своих участков. Скоро правительство в Вене тоже
прослышало о незаурядном лесничем и поставило его имперским
консультантом по сплавным устройствам. Жалованье Шаубергера было в 2
раза выше жалованья специалиста с высшим образованием такой же
должности. К тому же, оно выплачивалось золотом, что было большим
исключением в то инфляционное время.